Предшественник величайшего подъема


Коперник был современником величайшего подъема гуманистического движения — в искусстве, литературе, общественно-политической мысли. Титаны итальянского Ренессанса — Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэль, Тициан, Бенвенуто Челлини—это старшие и младшие современники Коперника. Он был современником такого гиганта гуманистической литературы, как Франсуа Рабле, таких мыслителей-гуманистов, как Ульрих фон Гуттен, Рейхлин, Эразм Роттердамский, Томас Мор. Уже в Краковском университете, а затем в Италии Николай Коперник тесно приблизился к этой новой форме культуры и образованности. Его прямая причастность к гуманистическому движению, для которого, в частности, характерна опора на античную культуру, выразилась в переводе «Писем» византийца Феофилакта Симокатты, а также проявилась и в его основном труде. Характерны и занятия Коперника живописью и поэзией. К реформационному движению Коперник не имел прямого отношения. Но следует помнить, что он был современником и свидетелем реформационной бури, среди которой его Вармийское епископство, сохранившее католицизм, выглядит случайно уцелевшим островком. Вокруг него гремели голоса и вождей бюргерской реформации— Лютера, Кальвина, Цвингли и вождей народной реформации — таких, как Томас Мюнцер или Савонарола. Все это не могло не оказать косвенного воздействия на ум Коперника. Но он непосредственно принадлежит к третьей из указанных форм идейного движения — к развитию объективной естественной науки. Характерно, что Коперник работал в обеих указанных сферах естественной науки: современники называли его не только «вторым Птолемеем», но и «вторым Эскулапом». Он был современником реформаторов представлений о человеческом теле — великих врачей-ученых Парацельса, Сервета, Везалия, исходивших из идеи возможности открыть законы функционирования организма независимо от понятия души. К сожалению, Коперник не оставил трудов по медицине, хотя с большой славой занимался ею всю жизнь. Его гений раскрылся з другой науке — в науке о небе, где он и совершил свою великую революцию. По словам Энгельса, «...исследование природы совершалось тогда в обстановке всеобщей революции, будучи само насквозь революционно... Революционным актом, которым исследование природы заявило о своей независимости и как бы повторило лютеровское сожжение папской буллы, было издание бессмертного творения, в котором Коперник бросил — хотя и робко и, так сказать, лишь на смертном одре — вызов церковному авторитету в вопросах природы. Отсюда начинает свое летоисчисление освобождение естествознания от теологии...»